Воспоминания

Стоит ли говорить, что видеоряд оказывает куда большее воздействие, чем статические фотографии? Сегодня я разбирался со своей камерой и нашёл в одной папке кое-какие видеозаписи. На видео Тан Цзю беседовала с уважаемым Минэ Ёсидзаки (японский мангака, известный своей работой «Сержант Кэроро». — Прим.), а он терпеливо расписывался на рисунке в её ежедневнике. Сложно передать, какой счастливой была Тан Цзю в ту минуту. Когда сотрудник редакции позволил мне снимать, я решил: чтобы запечатлеть Ёсидзаки и Тан, фото не достаточно, нужно делать видео. Я наткнулся на него и понял, как важны видеозаписи, фотографии, — они способны вмиг перенести нас в тот самый зафиксированный момент. И сейчас, прибегнув к силе слова, я хочу поведать вам одну историю. Рассказ будет долгим.

Много лет назад, когда «Мосспака» ещё только зарождалась, я был таким же, как множество современных авторов. Размышляя, какой человек смог бы последовать за мной, я наткнулся в интернете на Олд. И поразился тому, что у индивидуальной страницы автора было так много алмазов (алмазы — наивысшая оценка на том сайте), а ещё тому, что там были ежедневные обновления. Какое впечатление это произвело на меня, можно понять по первой пришедшей мне тогда в голову мысли: «Кошмар». Я тоже был автором, но постил новые работы не чаще раза в неделю, так что по-настоящему ужаснулся такой скорости и такому качеству. Все, кто делает маньхуа, могут понять мои чувства.

«Олд рисует постоянно. А ещё любит меня щипать, ауч», — MTJJ, автор «Легенды о Ло Сяохэе».


Однако это не единственный раз, когда я так подумал про Олд. Был ещё один случай. Тогда я общался с удалым парнем, студентом Центральной академии художеств. Он носил бороду, играл рок и любил порассуждать, почему «этот чувак прям конкретный мудак». Второго такого нигилиста просто не существовало, он костерил весь белый свет. Но, когда я рассказал про него Олд, она, всё очень внимательно выслушав, выдала: «Круто, респект ему». Возможно, со стороны этот парень выглядел достойным таких слов. Или, быть может, каждый, кто попирает сами основы общества, внушает уважение и страх. И всё же та беседа повлияла на моё тогдашнее отношение к Олд.

По правде сказать, нужно довольно много времени, чтобы признать талант. Тогда я совершенно недоумевал, почему работы Олд так популярны. Поэтому каждый раз, когда встречался с моей хорошей знакомой, студенткой Пекинской киноакадемии, я спрашивал её, что же в них хорошего. Даже возмущался: мол, то, что я рисую целую неделю, и то, что Олд делает за день, оценивается на равных. Вероятно, мне не хватило бы слов, чтобы передать все наши бурные обсуждения. Мы спорили целую вечность, пока в конце концов, смущённо улыбнувшись и похлопав меня по плечу, она однажды не сказала: «Как ты надоел! Тебе не понять». Я очень хорошо помню тот день, когда обнаружил, что в моём мировосприятии есть ощутимая прореха. Тогда я наконец изменил свой взгляд на живопись и осознал, каким ограниченным был всё это время. Неужели я просто поддавался стадному чувству и ни капельки не продвинулся в собственном понимании искусства?

Художники настигают нас в тот момент, когда мы наиболее чем-то увлечены, а затем скрупулёзно, во всех деталях переносят в собственные картины. Все люди беспокоятся о разном, каждый красив и притягателен по-своему. Однако, когда пытаешься воссоздать образ, он может измениться до неузнаваемости, как кусок тофу при гниении. Нужно уметь достать из человека самую суть, не повредив её, и тогда, без сомнения, станешь мастером своего дела. Многие вещи попросту невозможно описать словами, и только сами художники знают, что именно хотят сказать. Но если их работы — не случайный интеллектуальный выброс, зритель поймёт намерение автора и без вербальных знаков. Более того, на вербальном уровне никогда не достичь такого взаимопонимания.

Позже мы с Олд вместе ездили на музыкальный фестиваль, правда, тогда она ещё не решила, присоединится ли к «Мосспака». В свободное время мы болтали о маньхуа и планах на будущее. Олд говорила, что, наверное, не станет посвящать рисованию комиксов всю свою жизнь и будет рада вернуться домой к спокойной жизни после выпуска. Я согласился, мол, мысль отличная. А потом увидел её маньхуа. И она прислушалась ко всему, что я тогда сказал.


Этот кадр был в одной из глав в прошлом году. Те, кто видели, наверняка вспомнят.
Время движется, как ткацкий челнок, с тех пор минуло много лет. Оглядываясь в прошлое, я чувствую волшебство происходящего. Малейшее сомнение или временной сдвиг в долю секунды могли полностью изменить сценарий нашего будущего. Кто знает, может быть, тогда не существовало бы никакого «меня» и все мои мечты о том, чтобы стать маньхуацзя, обратились бы в ничто. Иными словами, именно благодаря тому случаю сейчас всё так, как есть. А сколько людей, упустив свой шанс, пытаются начать с начала и не могут, потому что боязнь доверять мешает им сблизиться! Такие истории повторяются сплошь и рядом, и это задевает за живое. Ведь если бы всё сложилось иначе, разумеется, не было бы ни моего аккаунта, ни «19 дней — Однажды», ни всех тех авторов, которых мы вырастили. Не было бы стольких историй и всего того, что так ясно предопределила сама судьба.

«Вспоминая, как давно моя первая маньхуа вышла в свет, я насчитала восемь лет работы. Однако я всё ещё ощущаю себя новичком, который только начал свой творческий путь. Ещё столькому нужно научиться, столько расти над собой, что никакого времени не хватит. Сейчас я рисую маньхуа не только для своих читателей, но и ради себя самой. У меня есть собственная цель и, как мне кажется, весьма достойная. Я убеждаюсь в этом каждый раз, когда вижу ваше горячее одобрение». ©Олд

Zaebis s nami ( ͡° ͜ʖ ͡°)